poch-pech.ru

Разрыв крестообразной связки колена футболист

Разрыв передней крестообразной связки (ПКС) коленного сустава

Коленный сустав – второй по величине сустав человеческого организма после тазобедренного. Каждый из двух коленных суставов принимает на себя примерно половину всей массы тела. Для стабилизации сустава, выражаясь языком обывателя, «чтобы колено не болталось», природой предусмотрены специальные связки: передняя и задняя крестообразные, медиальная и латеральная коллатеральные.

Передняя крестообразная связка соединяет наружный (внешний, латеральный) мыщелок бедренной кости с передним отделом плато большеберцовой кости. Общее направление хода волокон связки – сверху вниз, спереди назад и снаружи внутрь. Такое положение определяют её основные функции: предотвращать избыточное смещение большеберцовой кости вперед, а также обеспечивать ротационную стабильность (не допускать избыточного вращения) в коленном суставе. Большая частота разрывов передней крестообразной связки обусловлена повышенными требованиями, предъявляемыми к коленному суставу во время занятий всеми активными видами спорта (особенно, горными лыжами, футболом, баскетболом, большим теннисом). Связка эта довольно толстая (примерно с мизинец толщиной) и прочная. Тем не менее, даже такого запаса прочности при избыточных «разрывных» нагрузках, выпадающих на колено, оказывается недостаточно и может появиться как микроповреждение, так и полный её разрыв.

Механизм травмы обычно непрямой: при резкой смене направления движения, приземлении после прыжка, падении на горных лыжах происходит резкое вращение внутри большеберцовой кости и ее смещение вперед, следствием чего является разрыв ПКС. Чаще всего происходит отрыв связки от места ее прикрепления к бедру – на самом тонком участке связки. Нередко разрыв ПКС сопровождается частичным или полным разрывом менисков (хрящевые «прокладки» между бедренной и большеберцовой кости, выполняющие амортизационную функцию). В случаях отрыва части мениска возможна блокировка колена с невозможностью выполнить сгибание/разгибание в нём. Обычно момент такой травмы сопровождается резкой болью, хрустом, и затем появлением отёка колена. Из-за повреждения надкостницы, обильно кровоснабжающейся, в полости сустава появляется кровь (гемартроз). Сама же связка практически не снабжена кровеносными сосудами, что делает её самостоятельное восстановление невозможным. Диагноз разрыва ПКС ставится на основе клинического осмотра (симптом «переднего выдвижного ящика», тест Лахмана и т.п.) и результатов магнитно-резонансной томографии (МРТ). При частичном разрыве ПКС даже с помощью МРТ не всегда возможно достоверно его выявить. В таких случаях рекомендуется проведение диагностической артроскопии.

Лечебная тактика сводится к двум основным направлениям: хирургическое лечение и консервативная терапия. При хирургическом лечении выполняется пластика передней крестообразной связки с помощью собственных тканей организма пациента. В случае, если пациент – профессиональный спортсмен, используется собственное сухожилие надколенника. Если же пациент не занимается спортом профессионально, то берётся сухожильная ткань из т.н. «гусиной лапки» – сухожилий трёх мышц бедра (портняжной, полусухожильной и тонкой). Консервативная же терапия – комплекс реабилитационных мероприятий, направленных на стабилизацию колена с помощью укрепления собственной мускулатуры. С этой целью применяются специальные упражнения, направленные на укрепление четырёхглавой мышцы бедра – основной стабилизирущей коленный сустав мышцы, особенно, медиальной её головки. Однако, активными видами спорта при консервативном лечении заниматься уже, увы, не получится, так как полной стабилизации коленного сустава достичь не удастся.

После хирургического лечения (пластики ПКС) на первый план выходит реабилитация, которую необходимо начинать со второго дня после операции. Несколько раз в день производится пассивное сгибание и разгибание колена с определённой частотой и с заданной амплитудой на специальном тренажёре («Кинетек», «Артромот» или аналогах). Затем подключаются упражнения, тренирующие мышцы бедра как изометрического, так и изотонического характера. Параллельно проводится аппаратная физиотерапия (магнит, миостимуляция). Позже подключаются упражнения в воде (гидрокинезиотерапия) и активные упражнения на тренажёрах (механотерапия). Ввиду сложности оперативного лечения, склонности мышц бедра (особенно, четырёхглавой), к атрофии, а мышц задней поверхности бедра – к укорочению, существует риск формирования сгибательной контрактуры коленного сустава (то есть ограничения разгибания). К тому же всегда есть риск повторного повреждения уже новой, имплантированной связки. Поэтому необходимо очень осторожно, и в то же время, интенсивно проводить реабилитацию, чтобы быстро вернуть пациента к активной жизни.

Подавляющее большинство как хирургов-травматологов, так и реабилитологов считают, что минимальный срок полного восстановления пациента после пластики ПКС составляет от 6 до 8 месяцев. Специалистами клиники Топфизио и сертифицированной FIFA клиники Villa Stuart (Италия) разработана и великолепно себя зарекомендовала уникальная методика комплексного лечения разрывов связок коленного сустава, которая достоверно сокращает сроки полного восстановления после пластики как передней, так и задней крестообразной связок в два раза, то есть до 3,5-4,5 месяцев. По данной методике успешно вылечены многие спортсмены мирового уровня, такие, как легендарный нападающий ФК «Рома» (“Roma”) Франческо Тотти (Francesco Totti), вратарь ФК «Дженоа» (“Genova”), Маттиа Перин (Mattia Perin) и многие другие. Если с момента травмы прошло не более одной недели, то можно выполнить пластику крестообразной связки и сразу приступить к реабилитации, сначала в условиях стационара клиники Villa Stuart, затем в стенах московской клиники Топфизио. В том случае, когда травме уже более недели, необходима сначала специальная предоперационная подготовка, заключающаяся в устранении контрактуры и укреплении мускулатуры, существенно сокращающая последующую послеоперационную реабилитацию. Во всех случаях опытные специалисты Топфизио совместно с итальянскими коллегами подберут оптимальную тактику лечения в индивидуальном порядке.

Кресты полетели: почему Нобоа, Кокорина и Мамману преследуют одинаковые травмы

У Кристиана Нобоа, не сумевшего доиграть матч с «Уралом», после медицинского обследования выявлено повреждение передней крестообразной связки правого коленного сустава. В ближайшее время полузащитник, как сообщает официальный сайт «Зенита», будет прооперирован, общий срок восстановления оценивается в шесть месяцев.

«Зенит» — «Урал» — 4:1. Последние голы в матче хозяева забивали без участия покинувшего поле Кристиана Нобоа. ФОТО Михаила РАЗУВАЕВА/fc-zenit.ru

Разрыв крестообразных связок колена довольно распространенная в футболе травма. Именно из-за нее уже почти полгода вне игры находятся два других зенитовца – Александр Кокорин и Эмануэль Маммана, а сборная России перед домашним мундиалем потеряла сразу двух ведущих защитников – Виктора Васина и Георгия Джикию. И у обоих тоже «полетели кресты», как выражаются на своем сленге сами футболисты.

Если посмотреть на связки колена на снимке, то получится, что они образуют крест, отсюда и такое название. Коленный сустав не только самый крупный, но и самый сложный. Он образован тремя костями, их стабильность относительно друг друга обеспечивается за счет нескольких связок, в том числе крестообразных, передней и задней. Если они не в порядке, колено просто не может функционировать в полной мере.

Травма передней крестообразной связки считается одним из самых частых повреждений в спорте вообще. В среднем за год на 100 000 человек приходится по 30 случаев, в футболе процент еще выше. Хотя у участников чемпионата России в последнее время и «летят кресты» один за другим, никакого роста травматизма у нас, как уверяют специалисты, не наблюдается. В медицинском комитете Российского футбольного союза (РФС) изучили статистику по клубам премьер-лиги и других дивизионов и выяснили: количество травм в нашем футболе точно такое же, что и в Европе. Как показывает практика, одно-два повреждения такого рода за сезон в топ-командах, в календаре у которых достаточное количество матчей, в порядке вещей.

Читать еще:  От чего болит колено и под коленом

Среди причин, которые могут привести к травме такого рода, в первую очередь – физическая готовность игрока. Как к сезону в целом, так и к каждому конкретному матчу. Если футболист толком не размялся перед игрой, то риск возрастает. Возможен и обратный вариант – перетренированность. Врач сборной России по футболу Эдуард Безуглов в группу риска относит и тех, у кого есть лишний вес, присутствует мышечный дисбаланс и ощущается физическое перенапряжение. Но в профессиональных командах за состоянием игроков сегодня следят целые группы специалистов, в обязательном порядке контролируются все эти параметры у каждого игрока.

К травмам коленного сустава могут привести и перекосы в тренировочном процессе. В советской методике, например, очень большое внимание уделялось прыжковым упражнениям, и в «Зените» был период, когда за пару месяцев пять человек «порвали кресты», будто эпидемия случилась. Установить ее причины не помогли даже консультации с травматологами, которые специализировались на этих связках. Но стоило медикам предложить главному тренеру уменьшить количество прыжков на тренировках, убрать нагрузки хотя бы на утренней физзарядке, как все пришло в норму.

Так часто критикуемые отечественные поля тоже здесь ни при чем – что Кокорин, что Нобоа травмировались на идеально ровном газоне арены «Санкт-Петербург». Разве что Мамману беда подстерегла в Ростове-на-Дону, где матч незадолго до ЧМ-2018 проходил на еще стареньком стадионе «Олимп-2». К тому же в низших лигах, где условия для игры заметно хуже, количество таких травм, как уверяют в РФС, никак не выше.

Не видит четкой связи между качеством газона и разрывом связок и Михаил Гришин. Он работал врачом в «Зените» с 1992 года, когда разыгрывался первый чемпионат России, а с этого сезона снова в команде. В начале 1990-х «Зенит» играл на ужасных полях в российской провинции, да и в Петербурге тогда с ними была беда, но травматизм не зашкаливал.

«Разрыв связок – это сугубо механическое повреждение. Футболистам по коленям, по голени часто бьют, в каждой игре масса стыков, но далеко не всегда дело заканчивается такой тяжелой травмой», – проводил для меня в свое время ликбез Гришин. Причиной чаще бывает неловкое приземление после прыжка или неправильная постановка ноги, что приводит, выражаясь научным языком, к нарушению биомеханики сустава – он получает нагрузку, к которой просто не предрасположен. Человек тренированный будет готов к любому приземлению, тело само реагирует на то, как поставить ногу. Но если даже подготовленного футболиста подтолкнуть в воздухе, он не всегда успевает правильно сориентироваться. «В свое время считали, что к разрыву крестообразных связок может привести сильный удар по колену, болезненное падение, но позже биомеханики пришли к тому, что разрыв может быть вызван даже незначительным, просто неловким движением, тем более на не самой ровной поверхности», – рассказывал зенитовский доктор.

Одним из первых пациентов Гришина с разрывом связок колена был Юрий Мамонтьев. Одаренный полузащитник считался самым талантливым в «Зените», где играли сделавшие себе позже имя в большом футболе Владимир Кулик, Максим Боков, Игорь Зазулин. Но в 21 год ему пришлось закончить карьеру – играть в полную силу и без болезненных ощущений после операции на колене он просто не мог. Тогда, в начале 1990-х, медицина еще не знала и не умела того, на что способна сейчас. За двадцать с лишним лет произошли огромные изменения в плане проведения операций и реабилитации. Но и сегодня не все так просто, хотя иные специалисты порой обещают полное восстановление даже через четыре месяца. На взгляд Гришина, требуется как минимум шесть, про полгода идет речь и в случае с Нобоа. При этом программа физических упражнений в постоперационный период должна быть четко продумана специалистом и корректироваться еженедельно, а то и чаще.

Российские травматологи и ортопеды уверены, что знают свое дело ничем не хуже, чем иностранные коллеги, тем не менее наши спортсмены предпочитают оперироваться за границей. Одно время в моде была клиника немецкого доктора Пфайфера. Первыми к нему поехали московские спартаковцы – столичный клуб часто участвовал в различных турнирах в Германии и наладил в этой стране всевозможные дружеские связи. А за игроками лучшей на тот момент российской команды потянулись пациенты и из других клубов. Тем более что процент осложнений после операций в Германии был минимален.

В последнее время у футболистов в моде клиника в Риме, где, в частности, были прооперированы и проходили восстановление Кокорин и Маммана. Если в Италию отправят и Нобоа, значит, итальянские доктора подтвердили свой класс, у обоих зенитовцев все в порядке и скоро мы увидим их на поле.

Но надо помнить, что возвращение в футбол после такой травмы проходит довольно болезненно. Дискомфорт полностью не проходит, футболисты невольно стараются беречь колено, опасаясь рецидива, начинают больше нагружать другое, здоровое колено, что сказывается на их мастерстве. Попутно возникает психологическая неустойчивость – футболисты не уверены, что смогут вернуться на свой прежний уровень. И получается это действительно далеко не у всех. Несколько раз «рвал кресты», например, Мигель Данни, но всякий раз возвращался. Тем не менее вполне вероятно, что, именно опасаясь очередного рецидива у полузащитника, которому к тому же уже было 33 года, «Зенит» прошлым летом не стал продлевать контракт с португальцем.

Без Кристиана Нобоа «Зенит» проведет свой очередной матч чемпионата России. В воскресенье в 16.30 «сине-бело-голубые» сыграют в Уфе с одноименной командой. Накануне, в субботу, состоится центральная встреча уик-энда «Спартак» – «Динамо». А откроется 5-й тур уже сегодня в 19.30 матчем «Арсенал» – «Ростов». Он будет показан в прямом эфире на «Матче ТВ», как и матч «Локомотив» – «Анжи» (16 августа, 19.00).

Футболисты «Зенита» поддержали Кристиана Нобоа в матче против «Мольде», состоявшемся в Петербурге 23 августа. Сине-бело вышли перед игрой в футболках «Мы с тобой» с изображенным пингвином и пожелали одноклубнику скорейшего выздоровления.

Петербуржцы победили со счетом 3:1, а форвард Артем Дзюба после забитого мяча показал эту футболку трибунам.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 155 (6254) от 24.08.2018 под заголовком «Кресты полетели».

Шведское исследование по разрыву крестообразных связок. «Зенит» и «Краснодар» должны быть внимательны Почти треть игроков, получивших травму «крестов», рискуют столкнуться с рецидивом

В «Зените» снова случился разрыв крестообразных связок. А значит, настало время обратиться к шведскому исследованию. Им занимался Стокгольмский научно-исследовательский центр спортивной травмы при поддержке Вестманландской областной больницы, а результаты опубликовал еще в августе.

Цель исследования заключалась в том, чтобы выяснить, насколько распространены повторные травмы передних крестообразных связок среди футболистов, и влияют ли подобные повреждения на дальнейшую карьеру игроков.

В исследовании участвовали 684 шведских футболиста, игравших на самом разном уровне.

Уже первые цифры начинают поражать. 49% игроков, получивших полный разрыв крестообразной связки, не вернулись в футбол. 65,4% из закончивших карьеру отметили, что это было связано с той самой травмой колена. Наиболее распространенными причинами для отказа продолжать играть в футбол были непрекращающаяся боль и нестабильность колена (50%), а также страх повторного разрыва «крестов» (32%).

Читать еще:  Угол сгибания колена

Также в исследовании отмечается, что постарадавшие от разрыва передней крестообразной связки имеют повышенный риск для повторного разрыва. К слову, «Краснодар» должен был понимать риск, когда подписывал контракт с полузащитником «Сент-Этьена» Реми Кабелла. В сезоне-2009/10 он уже пострадал от разрыва крестообразной связки, а значит, имел повышенный риск к повторной травме. Что это случилось почти через 10 лет в Краснодаре – это, конечно, случайность, но этот риск важно было понимать.

В шведском исследовании отмечают, что среди тех, кто вернулся в футбол 30,3% футболистов снова сталкивались с травмой «крестов»: 9,7% – получали повторное повреждение передней крестообразной связки, 20,6% – повреждалась передняя крестообразная связка на контрлатеральном суставе.

Это как раз отражает ситуацию Эмануэля Мамманы. Аргентинский защитник пережил разрыв передней крестообразной связки в марте 2018 года, прошел длительный курс восстановления и полностью привел себя в порядок. В Екатеринбурге с ним случился рецидив, но вины медицинского штаба «Зенита» тут быть не может.

Среднестатистический курс восстановления после первого полного разрыва крестообразной связки составляет шесть месяцев. Маммана получил первую травму в марте 2018 года, вернулся в строй в сентябре и лишь через год его настиг рецидив.

Можно предположить, что виноват тренерский штаб, который задействовал Мамману на не самых качественных полях: в июле он сыграл на искусственном газоне Оренбурга, в сентябре – на кочковатом поле в Красноярске. но повторную травму получил на качественном естественном покрытии в Екатеринбурге.

Доказать тут ничего нельзя. Научно можно заявить лишь, что после двух разрывов передней крестообразной связки риск рецидива еще выше. Особенно при операбельном вмешательстве. Именно поэтому с Мамманой не торопятся в этом вопросе, а сначала тщательно изучают колено в сотрудничестве с европейскими специалистами. Риск к тому, что Эмануэль никогда не заиграет так, как от него ожидали в перспективе, крайне велик.

Возвращаясь к шведскому исследованию, полный разрыв передней крестообразной связки автоматически делает футболиста опасным вариантом для любых клубов. Возвращение в футбол после такой травмы несет в себе риск рецидива. Лишь половина футболистов, получающих разрыв «крестов», возвращаются в футбол. Почти треть из них сталкивается с повторной травмой. И надо ли говорить, что лишь небольшой процент возвращается к своей былой игре.

Стало быть, важно предупредить «Зенит» насчет нападающего Александра Кокорина. 28-летний футболист получил разрыв крестообразных связок в марте 2018 года. Начал возвращаться в футбол в сентябре, как вдруг оказался в СИЗО. Аккуратное подведение к игре и полноценная реабилитация Кокорина резко завершилась. Именно поэтому ему сейчас требуется длительный курс набора формы, после которого он сможет сыграть за «Зенит». Однако Кокорин все равно попадает в группу риска. Так что «Зенит» тоже должен понимать опасность, как этот риск должен был оценивать и «Краснодар».

Ярдошвили: травмы “крестов” у футболистов сборной – совпадение, рок, злая воля

Главный врач футбольного клуба “Динамо” Александр Ярдошвили в интервью специальному корреспонденту РИА Новости Елене Вайцеховской прокомментировал травму Александра Кокорина. Футболист “Зенита” в четверг получил разрыв передней крестообразной связки в матче с “РБ Лейпциг”.

– Уже третий игрок российской сборной выбывает из строя по причине разрыва передней крестообразной связки. Можно ли выявить в этом какую-то закономерность, или это просто стечение обстоятельств?

– Вы, как бывшая спортсменка, наверняка понимаете природу подобных травм: в футболе на спортсмена идет постоянная и очень большая нагрузка, которая усиливается во время ответственных матчей, поскольку добавляется очень сильная эмоциональная составляющая. Играют без защиты, много единоборств. Если вы видели сам эпизод, в котором Кокорин получил травму, он достаточно типичен: игрок выпрыгивает вверх, пытаясь в воздухе отобрать мяч у соперника, затем на приземлении опорная нога жестко втыкается в землю, в то время как тело продолжает движение. То есть происходит ротация коленного сустава. И возникает так называемая мертвая зона – на крестообразную связку ложится огромная, запредельная нагрузка, в связи с чем связка просто не выдерживает и рвется. Этот механизм вполне можно сравнить с тем, как высокопрочное закаленное стекло легко выдерживает удары молотка, но разлетается в мелкие куски, когда случайно брошенный камешек попадает в определенную точку.

Получить травму передних коленных связок в футболе вполне можно, что называется, на ровном месте, когда футболист просто бежит по газону и при каком-то шаге ставит ногу так, что в коленном суставе возникает ротация. Но в случае с Кокориным все произошло гораздо более жестко.

– Неужели невозможны какие-то предостерегающие меры?

– В этом случае – нет. Предугадать или заранее просчитать все нагрузки, которые приходится выдерживать футболистам, невозможно. Крестообразные связки рвутся у абсолютно здоровых игроков – это не тот случай, когда предпосылки к травме накапливаются длительное время. У меня в команде подобная история случилась с Кириллом Панченко и Антоном Тереховым, причем оба рвали связки, будучи абсолютно здоровыми. Так что могу с уверенностью сказать, отвечая на ваш вопрос, что три одинаковых травмы у игроков сборной подряд – совпадение, рок, злая воля – назовите это, как хотите, но не закономерность, к которой привели чьи-то неправильные действия.

– Почему, на ваш взгляд, оперировать разорванные связки почти все российские игроки предпочитают за границей?

– Причина скорее психологическая – так привыкли. Мы, как правило, отправляем своих спортсменов в одну и ту же клинику к одному и тому же специалисту. “Под хирурга”, что называется. Это профессор Паоло Марьяни, который оперирует коленные суставы в римской клинике “Вилла Стюарт”. Туда же, знаю, отправляют травмированных игроков “Локомотив”, “Спартак”, другие клубы. Учитывая, что тренирует “Зенит” итальянец, мне кажется, он тоже должен высказать пожелание отправить Кокорина в Рим.

Марьяни 72 или 73 года, и это единственный специалист на всю Италию, который в этом возрасте имеет хирургическую лицензию. Я почему так подробно об этом рассказываю, потому что на первоначальном этапе крайне важно, насколько хорошо сделана операция. Она достаточно сложна – это так называемая аутопластика: из собственной подколенной зоны берется материал, из него формируется связка и укрепляется специальными болтами. Далее пациенту на сустав ставится специальный насос, который убирает лишнюю жидкость, и буквально на следующий день после операции начинается процесс реабилитации. Его задача – как можно быстрее накачать и укрепить мышцу, которая держит коленный сустав – от этого зависит, насколько быстро пойдет процесс восстановления связки.

– Сколько времени занимает процесс полного восстановления?

– Он, к сожалению, долгий, идет в течение пяти месяцев при том, что различные процедуры и упражнения ежедневно занимают у человека шесть часов. И только потом, когда новая связка полностью прирастает, спортсмен получает разрешение начинать играть в футбол.

В плане реабилитации у нас есть все необходимое, накоплен достаточно большой опыт, и могу сказать, что, несмотря на столь длительный перерыв, игроки возвращаются на поле, не теряя ни скорости, ни других качеств. В этом плане спортивная медицина шагнула за последние годы далеко вперед.

Читать еще:  Упражнения для укрепления коленей и стоп

– Чемпионат мира, тем не менее, Кокорин пропустит.

– Увы, здесь нужно, прежде всего, быть реалистами – природу не обманешь. Пока под большим вопросом даже участие в чемпионате Георгия Джикии, а ведь он получил разрыв связок и был прооперирован еще в середине января. Я более чем уверен, что у Кокорина все будет в порядке, что он прекрасно восстановится и будет играть еще много лет, показывать самые высокие результаты и радовать болельщиков. Если вы будете об этом писать, хотел бы попросить передать Саше мои слова, чтобы он ни в коем случае не отчаивался. Но чемпионат мира действительно пройдет без него.

Реабилитации футболистов после реконструкции передней крестообразной связки

Разрыв передней крестообразной связки (ПКС) – типичная спортивная травма. Из всех видов спорта разрыв ПКС чаще всего наблюдается у футболистов, коленный сустав которых испытывает огромные, подчас экстремальные нагрузки (Гершбург М.И., 2008). Следствием разрыва ПКС является нестабильность коленного сустава (КС), несовместимая с профессиональным спортом. Для восстановления нормальной биомеханики КС требуется артроскопическая операция аутопластики ПКС.

В раннем послеоперационном периоде (первые 2-3 недели после операции) используются три метода восстановления: без иммобилизации; с относительной иммобилизацией функциональным коленным брейсом, позволяющим принудительно ограничивать движения в КС (рис.6.8) и с абсолютной иммобилизации КС тутором (рис.6.9). Решение о способе реабилитации в раннем послеоперационном периоде с учетом тяжести повреждения и возможности осложнений принимает хирург. Задачи реабилитации: содействие ликвидации послеоперационных осложнений; профилактика развития сгибательной контрактуры КС; осторожное восстановление сгибания КС (если отсутствует строгая иммобилизация); стимуляция сократительной способности мышц бедра. Активизация двигательной активности футболиста осуществляется по мере ликвидации последствий перенесенной операции, при отсутствии гемартроза и синовита.

Для профилактики сгибательной контрактуры, которая грубо нарушает биомеханику КС, нижняя конечность укладывается в положении полного разгибания; запрещается подкладывать подушку (валик) в подколенную область (ри.6.10). Спортсмен выполняет через каждый час по 5-10 минут специальные упражнения в и.п. лежа: изометрические напряжения мышц бедра; облегченные упражнения для КС со скольжением пяткой по постели в безболевой амплитуде; сгибание, разгибание, отведение бедра. Ходьба назначается со 2-го дня после операции с помощью костылей, при легкой опоре на ногу. В течение первой недели используется холодовая манжета для профилактики гемартроза.

Период восстановления функции КС (до 2,5 – 3 мес. после операции). Реабилитацию футболиста необходимо проводить в одном из специализированных центров спортивной медицины. Задачами являются: 1. Восстановление полного активного разгибания и сгибания КС. 2. Восстановление нормальной походки и тренировка в ходьбе, а затем в беге 3. Тренировка мышц бедра, голени и ягодицы. 4. Восстановление проприорецепции, а также общей и, частично, специальной работоспособности футболиста. Главными средствами являются: лечебная гимнастика; упражнения с использованием тренажеров; проприоцептивные упражнения; упражнения в бассейне; тренировка в ходьбе и медленном беге; вспомогательными средствами – массаж и физиотерапия.

Программа физических упражнений составляется врачом ЛФК, а ее коррекция осуществляется при очередном осмотре каждые 3-5 дней. Все физические упражнения в зале ЛФК и в бассейне проводится под непосредственным руководством инструктора ЛФК.

Для восстановления функции КС в зале ЛФК и в бассейне используются облегченные упражнения в и.п. сидя и лежа. При ограничении разгибания КС используются корригирующие укладки вплоть до полной ликвидации сгибательной контрактуры.

По мере восстановления функции КС включаются упражнения для восстановления нормальной походки и тренировка в ходьбе. К 2 – 2,5 мес. после операции футболист должен выполнить тест на длительную и быструю ходьбу (5 км со скоростью 7-8 км/час), после чего начинается медленный бег. Первые 2-3 тренировки длительностью 3-5 минут бег выполняются под контролем инструктора ЛФК на тредбане, затем – на дорожке манежа (стадиона). Увеличение длительности медленного бега осуществляется строго постепенно и доводится к 3 мес. после операции до 30-45 минут.

В первые 3-4 недели тренируется силовая выносливость мышц бедра, для чего используются упражнения с малым и умеренным отягощением, выполняемые в медленном или среднем темпе, со средней амплитудой и строго в сагиттальной плоскости. Вначале используются упражнения с утяжелителем (вес от 1 до 3 кг) сгибание голени в и.п. лежа на животе (рис.6.11) и разгибание голени на валике (рис.6.12). По мере увеличения подвижности КС используются упражнения тренажерах со сгибанием и разгибанием голеней (рис. 6.13; 6.14), жимом ногами (рас. 6.15); упражнения на степпере, велоэргометре, различные варианты полуприседаний (рис. 6.16) и восхождения на ступени увеличивающейся высоты (от 20 до 80 см) (рис.6.17). Постепенно увеличивается амплитуда движений в КС до полной, количество повторений, величина отягощения и мощность нагрузки.

Синергистом ПКС являются мышцы задней поверхности бедра (хамстринги). Четырехглавая м. бедра (квадрицепс) является антагонистом ПКС при сгибании КС от 0 до 30 0 (Renstrеm, 1986). Такие ситуация происходит чаще всего при приземлении, остановке в беге в один шаг. Быстрое сокращение квадрицепса вызывает сдвиг голени вперед. Это увеличивает нагрузку на ПКС и может приводить к ее повреждению. Хамстринги противодействуют сдвигу голени вперед. Поэтому приоритетной задачей является тренировка хамстрингов. Необходимо тренировать силовую выносливость и других мышечных групп бедра и голени.

Проприоцептивная тренировка позволяет тренировать согласованную работу квадрицепса и хамстрингов, что необходимо для динамической стабилизации КС. После 3-4 недель тренировки силовой выносливости с небольшим отягощением переходят к тренировке со значительным отягощением для тренировке максимальной силы мышц. Для увеличения нагрузки на мышцы переходят от симметричных упражнений для обеих ног и упражнениям только оперированной конечности.

Большое внимание должно уделяться проприоцептивной тренировке. Последовательно выполняются статические, локомоторные упражнения и упражнения, сопряженные с элементами спортивной техники и силовой тренировки мышц бедра.

В бассейне в ранние сроки (5-6 недель после операции) используются имитация ударов по мячу, медленный бег и плавание.

Через 2,5 – 3 мес. после операции футболист выполняет несложные упражнения с мячом – жонглирование мячом на месте, ведение мяча в медленном беге, легкие передачи мяча на расстояния до 5 – 10 м.

Тренировочно-восстановительный период (3-4,5 мес. после операции). Задачи: восстановление пассивной гибкости КС, скоростно-силовых качеств футболиста и его технических навыков. Начиная с 3 мес. после операции дальнейшую реабилитацию рекомендуется проводить в команде, под руководством врача и тренера, по плану, согласованному с врачом и инструктором ЛФК.

Пассивная гибкость КС необходима для выполнения таких сложных технических приемов, как отбора мяча в подкате. Для восстановления пассивной гибкости КС используется пассивное сгибание КС, приседания с увеличением амплитуды сгибания в КС до полной и ходьба в полном приседе.

Для развития скоростно-силовых качеств используются беговые ускорения, подскоки и прыжковые упражнения.

Решение о завершении реабилитации и начале спортивной тренировки принимается после клинического обследования футболиста и медико-педагогической экспертизы. Средний срок начала спортивной тренировки – 5-6 месяцев после операции.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector